Почему мир не перейдёт на электромобили в ближайшем будущем

В интересное время мы с вами живём. Переходное. Каждый день появляются новости то от одного, то от другого автопроизводителя о выпуске новых электрических моделей, о планах полного перехода на электромобили и полный отказ от ДВС. Почти все развитые страны в мире принимают законы о нулевых выбросах, поддер­живают транспорт на электротяге. На 2021 год уже 14 стран объявили о скором запрете машин с двигателем внутреннего сгорания, среди них: Сингапур, Норвегия, Шри-Ланка, Словения, Бельгия, Велико­британия, Египет, Индия и Китай.

Когда следишь за всеми этими новостями, в которых машины с ДВС объявляются врагами номер один, когда видишь решимость политиков, переход на электромобили кажется неизбежным. Но всё ли так просто и так радужно в самих электрокарах? Выиграет наша планета или потеряет, если полностью перейдёт на электрические машины? На наш взгляд, есть несколько важных проблем, которые препятствуют переходу на «электрички». Мы — не скептики! И мы за светлое будущее! Но имеем право сомневаться. Наши размышления на эту тему представляем на ваш суд. Не забудьте в конце оставить ваше мнение!

Проблема первая. Нехватка электричества и рост цен

Электрическим аккумуляторам нужна подзарядка. Аналитики Thomson Reuters рассчитали, как изменится электро­потребление в случае полного перехода к производству электро­мобилей к 2040 году. Оказалось, что миру потребуется 1350 допол­нитель­ных тераватт-часов для зарядки электрокаров. И это ещё не предел! Ведь отказ от продаж новых машин с ДВС не означает, что люди одно­моментно прекратят их использовать. Просчёты отдалённого будущего показывают, что примерно к 2050 году (теоретически именно тогда должен произойти массовый вывод из эксплуатации старых бензиновых и дизельных автомо­билей) потреб­ление электричества только электрокарами достигнет 3000 тераватт-часов (для сравнения — примерно столько сейчас тратит весь Евросоюз, и не только на электромобили, а вообще на всё, что питается электри­чеством).

Помимо этого, допол­нитель­ное электри­чество потребуется для добычи редко­земельных металлов, необходимых для батарей электрокаров. По предвари­тельным оценкам, для извлечения неодима, кобальта и прочих элементов для аккуму­ляторов необходимо 22,5 тераватт-часа. А затем электроэнергия потребуется ещё больше для произ­водства всё большего числа аккумуляторов. Такое потребление потребует масштабного строитель­ства новых электро­станций, ведь существующих мощностей однозначно не хватит. А рост спроса всегда приводит к росту цен (основной закон экономики). Останутся ли электрокары столь же выгодными в использо­вании, как сейчас, если тарифы на электро­энергию заметно вырастут?

Проблема вторая. Нехватка сырья

Электромобиль просто невозможен без аккуму­лятора, ведь именно в нём как раз и накапливается электричество. Зарядка/разрядка осуществляется за счёт химической реакции, в которой принимают участие литий, кобальт, марганец и неодим. Без них аккумулятор не работает. Одному электрокару требуется в среднем 21 кг кобальта, согласно данным компании BMW. Объёмы запасов лития, кобальта и неодима конечны, и когда их не станет — не станет и электрокаров. Ричард Херрингтон, руководитель департамента геологи­ческих наук в лондонском Музее есте­ственной истории, вместе с другими учёными подсчитал: если только одна Великобритания к 2050 году полностью откажется от машин с ДВС, то для этого придётся удвоить мировую добычу кобальта, тратить на производство батарей весь добываемый на планете неодим, три четверти лития и половину всей меди, добываемой на Земле за один год. И всё это для нужд одной, не самой крупной, страны, где ездят лишь 31,5 млн автомобилей.

Уже сегодня литий называют «новой нефтью». «Стоимость лития формирует 12% цены целого аккуму­лятора, а 14% всего добыва­емого лития достаётся электро­мобилям. К 2025 году эта доля вырастет до 40%. И литий не одинок: спрос на кобальт и редко­земельные металлы взлетел до небес», — утверждает Йоханн Вайбе, аналитик рынка металлов из финансового сервиса Refinitiv. Между прочим, об этом знает и Tesla — на закрытой встрече с представителями горно­добывающих компаний и американского прави­тельства было озвучено, что нас ждёт скорый дефицит меди, лития, никеля и особенно редкоземельного кобальта. Green Optimistic утверждает, что промышлен­ность начнёт ощущать нехватку этого металла уже в самое ближайшее время. Здесь нужно ещё учитывать способы добычи кобальта, которые весьма дороги. Может так получиться, что стоимость добычи будет выше, чем получаемая в результате выгода.

Проблема третья. Пока электромобили не окупаются

И это серьёзное препятствие на пути их массового производства. Бизнес должен зарабатывать, электромобили должны приносить прибыль не меньше, чем машины с ДВС. Если бизнес нерентабелен — нет смысла выпускать «электрички». Изучая финансовые отчёты многих стартапов по произ­водству электро­мобилей, мы видим колоссаль­ные убытки. Всё больше примеров того, как проекты свёртываются, потраченные деньги списываются, а конечный продукт в виде нового электромобиля так и не появляется.

Так в 2020 году Ford Motor, который под брендом Lincoln работал над новым электрическим пикапом совместно со стартапом Rivian, отменил его запуск, списал 500 млн долларов инвестиций и, видимо, забыл о несостояв­шемся электропроекте как о страшном сне. Dyson (известный своими пылесосами) хотел вложить в производство электромобилей 2,7 млрд долларов, приобрел несколько стартапов, пере­ключил на разработку 523 сотрудника и даже сделал прототип. Но… закрыл проект. «Команда Dyson разработала потрясающий электро­мобиль. Но мы просто не видим, как сделать его произ­водство коммер­чески обоснованным», — заявил исполни­тельный директор компании Джеймс Дайсон. Да и такие гиганты, как GM, Mercedes-Benz или Fiat Chrysle, пока вынуждены покрывать убыточность своих электрокаров доходами от продаж обычных машин с ДВС. Но когда мир полностью откажется от бензина и дизеля, прибыль от автомобилей с ДВС тоже исчезнет.

Опять же, пока разработка и производство электромобилей требует колоссальных затрат. Отбить эти затраты можно, только если продавать машины по сверхвысоким ценам — но тогда их мало кто купит. И вот здесь как раз очень бы пригодились стимулирующие меры от государств. И они поначалу были! Сотни стран освободили электромобили от налогов, сделали бесплатной парковку, разрешили ездить по выделенным полосам наравне с пассажир­скими автобусами (в Норвегии), освободили от ввозной пошлины (в Швейцарии), позволили бесплатно передвигаться по платным дорогам (в Ирландии). Почти во всех странах Евросоюза, США, Индии и Южной Корее выдавались прямые субсидии на покупку электрокара в размере примерно 9–10 тысяч евро.

Китай давал субсидии своим автопроиз­водителям на выпуск электрокаров, за счёт бюджета устанавливал электро­заправочные станции. Германия финансировала исследования в области электроавтомобилестроения. Во многих странах компании получили освобож­дение от налогов за развитие электро­заправочной сети, за перевод своего автопарка на электричество. Но это всё в прошлом. Например, сегодня в США размер субсидии умень­шается пропорци­онально наращи­ванию числа электрокаров. Чем больше покупают «электричек», тем меньше дисконт. Яркий пример — Индия — там совсем отказались от субсидии, и рынок электрокаров сразу же обвалился. Tesla уже включает это в перечень рисков, которые могут негативно повлиять на выручку компании.

Проблема четвёртая. Не все государства хотят переходить на электрокары

Конечно, это, наверное, здорово, что весь Евросоюз в едином порыве к 2050 году перейдёт на нулевые выбросы и станет экологически чистым местом обитания его жителей. Но, ведь, наша планета — одна на всех, и небо над головой у нас общее, как и вода, как и воздух, как и ветер… И что толку переходить на «чистую экологию», если у тебя под боком сосед использует угольную электростанцию, живёт на газовой и нефтяной трубе и вовсе даже не собирается отказываться от машин с ДВС… И вся эта «прелесть» при перемещении воздушных масс в сторону европейских стран неизбежно окажется у них над головами, в воздухе, воде и почве… Тут не подходит однобокий взгляд, что раз «мы, мол, ничего не выделяем, значит, мы спасены». Это как мусор под ковром: его никто не видит, но он есть. Это одна сторона медали.

Другая — есть много государ­ств, для которых переход на нулевые выбросы и, как следствие, на электромобили — просто невыгоден экономически. Яркий пример — Россия — активный экспортёр нефти и газа. Между­народное энергети­ческое агентство (МЭА), которое на сегодня насчитывает 29 стран-участниц, утверждает, что масштабная электри­фикация легкового транспорта спровоцирует снижение спроса на нефть на 3,3 барреля в сутки. Вряд ли какой-то из стран-экспортёров нефти выгоден массовый отказ от бензина и падение доходов от его продажи. Что интересно, в США, где расцвели десятки стартапов с электро­мобилями, но и где тоже есть свои запасы нефти и газа, потихоньку решили ограни­чить распространение электро­транспорта. Отдельные штаты вводят дополнительный сбор с владельцев электрических машин, потому что они не тратят деньги на заправках и тем самым уменьшают налого­облагаемую базу (Мичиган, Миннесота, Арканзас).

Проблема пятая. Политическая

Несмотря на то, что наш мир един и один на всех, но распространение элементов таблицы Менделеева в нём неравномерно. Так, 95% мировых запасов редко­земельных металлов, которые необходимы для работы электро­мобилей, сосредото­чены в коммуни­стическом Китае. 60% всего мирового кобальта — критически важного вещества для аккуму­ляторов электро­мобилей — добывается в шахтах Демократи­ческой Республики Конго.

В настоящий момент между США и КНР идёт самая настоящая торговая война. Что вносит свои риски для всех производителей электромобилей. Что, если Коммуни­стическая партия Китая запретит экспорт редко­земельных металлов в США? А если не только в США, но и в другие страны? В таком случае производство электрокаров где бы то ни было за пределами КНР остановится. А если эмбарго наложат сами Соединённые Штаты?.. Ведь так уже произошло со смарт­фонами ZTE и некоторыми другими хайтек-товарами из Китая. Да и с Демократи­ческой Республикой Конго не всё гладко — там для добычи редкоземельных металлов используется детский труд, зачастую, подневольный. То есть, мы тут все с вами за чистую планету, мир во всём мире, нулевые выбросы и правильную экологию, а прямо сегодня ключевой компонент для электро­мобилей добывают африканские дети-рабы (из расследо­ваний The Guardian, Financial Times). Как только возникнет политическая воля разобраться с этим — тут же будут введены санкции и все поставки остановятся. Так политика может повлиять на распро­странение электромобилей.

Проблема шестая. На первый взгляд, забавная, но правдивая. Электромобили или их производство загрязняют планету

В 21 веке почти 40% электричества в мире получают при помощи сжигания угля, в результате чего в атмосферу попадают диоксид серы и оксиды азота, летучая зола, мышьяк, ртуть и даже радиоактивный торий с ураном. До тех пор пока электри­чество для электро­мобилей поступает от угольных электро­станций, электрокары будут лишь увели­чивать отравление природы. Что интересно, но и другие источники электроэнергии тоже далеко не «зелёные». Атомные станции имеют отходы в виде отработавшего ядерного топлива, способного убивать всё живое, и существующие способы захоронения не гарантируют их 100% изоляцию и нераспространение (согласно исследованию Greenpeace). Уж простите нас за такие подробности, но те же ветрогенераторы убивают сотни тысяч птиц ежегодно, солнечные панели их сжигают, а все вместе они наносят непоправимый вред экосистемам в результате добычи кадмия, теллура, галлия, германия, индия, селена и кремния, без которых не обходится ни одна солнечная панель.

Теперь о самих аккуму­ляторах — будь то никель-кадмиевые или литий-ионные батареи, неважно, — добыча кадмия и лития загрязняет подземные воды, приводит к опустыниванию. Пример — пустыня Атакама в Чили постоянно растёт из-за добычи лития, ведь на его добычу уходит две трети всей местной пресной воды (исследования LithiumMine). То же самое происходит в Боливии, Тибете, Австралии и других регионах, добывающих литий. И что самое важное — именно электромобили тому причиной. Ведь за последние 10 лет мировая добыча лития увели­чилась в восемь раз именно для нужд аккумуляторов (статья учёных, опубликованная в IOP Publishing).

Но есть ещё кое-что важное! Страны Евросоюза ориентируются на выбросы СО2 — как на показатель загрязнения экологии. Множество стран подписали Парижский протокол, обязывающий снижать уровень углекислого газа — основного виновника парникового эффекта и изменения климата на планете. И вот тут-то и начинается самое интересное… Электрокары оказываются грязнее машин с ДВС! Учёные из Института экономических исследо­ваний (IFO) при Мюнхенском универ­ситете сравнили углеродный след (совокупный объём попавшего в атмосферу углекислого газа) от бензинового Мерседеса и электрической Теслы: Tesla оставляет углеродный след, равный 156–181 грамм на километр пути, а на 100% бензиновый Mercedes-Benz — 112 граммам на километр. Почему так? Да потому, что при производстве аккуму­ляторов и добыче лития, марганца и кобальта выбрасывается большое количество СО2… Polestar, суббренд шведского Volvo, сравнил углеродный след от электрического Polestar 2 и бензинового Volvo XC40. Оказалось, что производство кроссовера с ДВС провоцирует выброс 14 тонн парниковых газов, а производство электрокара (с учётом аккумулятора) обходится атмосфере в 24 тонны — то есть почти в 2 раза больше.

Небольшое, но крайне важное отступление по теме экологии

14,5% всех парниковых газов, выбрасываемых человечеством, приходится на индустрию животноводства, что сравнимо с уровнем выбросов от всех видов транспорта (автомобили, корабли, самолеты и т. д.), вместе взятых. Более того! В отличие от сжигания ископаемого топлива, при котором выделяется диоксид углерода, основной парниковый газ, выбрасываемый при производстве мяса, — это метан, парниковый эффект которого в 23 раза сильнее, чем у диоксида углерода. А нас становится всё больше. Ожидается, что количество людей на земле к 2050 году составит порядка 9,6 млрд. человек, то есть примерно на 2,4 млрд. больше, чем сегодня. И большинство из нас очень любит мясные продукты. По оценкам экспертов спрос на мясо и молоко вырастет к 2050 году на 73% и 58% соответственно по отношению к уровню 2010 года. А объем ресурсов нашей планеты останется неизменным. Так может, нам просто меньше мяса нужно есть, чтобы спасать планету, ну или придумать способ, чтобы коровы не какали? А не запрещать выбросы СО2 и не переводить всех на электрокары?..